RSS NEWS

Главная
Россия - Страна несчастных
Автор Юрий Аммосов   
12.06.2007 г.
 
Социолог Рональд Инглхарт из университета Мичигана Анн Арбор на протяжении четверти века собирал сведения о том, как народы всех стран мира реагируют на одни и те же вещи. Инглхарта интересовало, индивидуалисты или коллективисты его респонденты, ценят ли они больше материальные или духовные ценности...

Россия - Страна несчастных

Юрий Аммосов

О национальных особенностях русских можно толковать без конца, но куда интереснее попытаться их измерить. При этом обнаруживаются очень занятные вещи.

Социолог Рональд Инглхарт из университета Мичигана Анн Арбор на протяжении четверти века собирал сведения о том, как народы всех стран мира реагируют на одни и те же вещи. Инглхарта интересовало, индивидуалисты или коллективисты его респонденты, ценят ли они больше материальные или духовные ценности, насколько счастливыми они себя ощущают, что для них важно, а что не очень. Известное как World Values Survey, это исследование накопило сейчас массив данных, в котором от страны к стране выявляются очень интересные закономерности.

Основные дилеммы, которые решали для себя респонденты Инглхарта, если перефразировать их с птичьего на обычный язык, выглядели так: "Один за всех или каждый за себя?" (ценности традиционные или секулярные) и "Лучше умереть стоя или жить на коленях?" (ценности самореализации или выживания). Если изобразить эти ответы на координатной плоскости, обнаруживается, что страны группируются в характерные кластеры. В обобщенном виде итоги выглядят так. Европейцы ответили, что лучше умереть стоя, но каждый за себя. Американцы решили, что лучше умереть стоя, но все за одного. Китайцы и японцы удивили исследователей, сказав, что насчет умереть они не уверены, но каждый за себя. Жители слаборазвитых стран дали обратный ответ: по мнению африканцев, по вопросу о выживании и самореализации они не определились, но конечно, один за всех. А теперь угадайте, кто оказался в позорном углу, где собрались те, кто считает, что каждый за себя, но лучше жить на коленях.

О том, насколько позорно думать о брюхе, а не о душе, и насколько стыдно принимать решения своей головой без оглядки на мнение других, можно поспорить. Но из других аспектов этого исследования – и из других исследований – складывается не менее жуткая картина. В массе мыслей на самые разные темы русским оказалась ближе всего "все плохо", к которой по популярности приблизились только "ты начальник – я дурак", "опять нет денег" и "хоть плохой, да отец". И еще мы не против поговорить о политике. О Боге "народ-богоносец" не думает совершенно, свобода и доверие к людям ему чужды абсолютно, даже национальная гордость ему несвойственна.

Это образ человека, который всего боится и, как премудрый пескарь, стремится забиться в самый дальний угол: "ох, кажется, еще жив". Может быть, задался вопросом Инглхарт, причиной бедность или политический кризис? Но нет, попытка сравнить народы мира по степени субъективного счастья дала ту же картину: Россия оказалась куда несчастливее даже нищей и воюющей Африки и в относительно благополучном 1986 году, и в неблагополучном 1995 – и даже в 2002 году, как показала только что подсчитанная волна исследования, русские прибавили только 4 процента счастья. А ведь таких зажиточных лет, как последние, у нас не было несколько десятилетий. В советский период мы заразили своим страхом и соседние народы, но до такой степени, как мы, жить не боится никто.

Инглхарт до сих пор пытается объяснить, чего же русским не хватает для счастья и дружбы в Россия. Мы же попробуем объяснить иначе: русские не потому несчастны, что бедны и не защищены, а потому бедны и не защищены, что несчастны. В самом деле, для того, чтобы экономика работала нормально, нужно хотя бы отчасти доверять тем, с кем торгуешь, работаешь, ведешь дела: без доверия экономика просто останавливается, как это было у нас осенью 1998 года. Для того, чтобы избрать правительство, которое не будет из тебя вить веревки, необходимы взаимопомощь и взаимодействие хотя б части членов общества. А для того, чтоб думать о будущем, стоить планы, не жить сегодняшним днем, надо ждать от будущего лучшего. Страх, который живет в душе русских, не порожден внешними обстоятельствами. Это экзистенциальный страх – он является самой основой русскости. Русский не верит никому и всего боится.

Это не ошибка исследователей. Многие другие социологические исследования недавнего времени показывают ту же картину – русские по-настоящему доверяют только своей семье и чуть-чуть – самым близким друзьям. Ни на кого больше они положиться не могут и не хотят. Атомизация нашего общества достигла практически крайнего предела. За дверями дома для русских начинается тьма кромешная. В самом деле, многие ли из нас знают своих соседей по подъезду? Почему, когда наши летчики сидели в плену талибов, ни одна даже самая ультрапатриотическая сволочь не собрала им посылочки? Почему столичная медия болезненно переживает столичные катастрофы и теракты, а такие же по масштабам трагедии в провинции игнорирует? Почему в армии русские солдаты не заступаются друг за друга, когда одного из них кучей бьют солдаты-нацмены? В Мадриде после взрывов на транспорте через сутки на улицы вышло полтора миллиона. А у нас? Ни одного человека. Этот список можно продолжать очень долго.

Но такая глубина различий между русскими и остальным миром связана вовсе не с тем, что русские какие-то убогие. Причина очень проста. Из всех народов мира, только русские не успели пройти трансформацию в нацию.

Нация – вовсе не то же, что племя, раса или этнос. Нация – это общество, открытое для всех и объединенное не внешним сходством – не генетикой и даже не языком. Нацию объединяет нечто намного более крепкое – общая идентичность ее членов, или, говоря просто, общее сознание и дух братства. В сказке Киплинга звери и птицы помогали Маугли, когда тот говорил им заветное слово "Мы с вами одной крови". Секрет нации именно в таком заветном слове, которое может объединить воедино всех, невзирая на статус, происхождение и внешность. Нация собирает всех, кто думает одинаково. Говоря иначе, это культурная общность. Общность людей с общей судьбой и общими мечтами. А уж затем создатели нации придумают ее членам и общее происхождение с историей, и общий язык, и общее имя – еще несколько десятилетий назад такие нации, как ирландцы, словаки и норвежцы, просто не существовали, а для немцев и сейчас местный диалект часто ближе литературного немецкого, который учат в школах. Но узы общей культуры будут крепче любых кровных и языковых.

Шовинисты, утверждающие обратный взгляд на вещи, прямо противоположны националистам, хотя в нашей стране эти слова до сих пор считаются синонимами. У шовинизма нет ничего общего с национализмом: националистов сплачивает любовь и дружба, шовинистов – зависть и злоба.

Естественно, национализм далеко не всем по вкусу. Однако утверждение, что нации-де "отмирают", сколь же старо, столь и демагогично. Альтернативные национализму идеи, которые пытаются объединить людей по квазисоциальным (коммунизм) или квазибиологическим признакам (расизм), боролись против национализма половину 19 и весь 20 век с переменным успехом, несмотря на то, что пользовались поддержкой аристократии старой Европы. Европа и сейчас ставит над собой эксперимент по отмену наций – Евросоюз – и судя по тому, как этот эксперимент протекает, не видать ему успеха и в социалистическом варианте. Альтернативы, которые предлагают национализму, всегда выливаются в один и тот же итог – казарму-фаланстер и разделение на чистых и нечистых. Общество не может жить в состоянии перманентной, пусть и холодной, гражданской войны.

Национализм – это чувство общности с другими, без которого жизнь в огромном современном мире – ужас без конца. И именно в таком ужасе сейчас и живут русские. Люди без нации, имя без вещи. Именно поэтому буксует русская экономика, под видом демократии страной правит тирания, москвичи и провинциалы ненавидят друг друга, а соседи боятся нас как чумы, сами не понимая почему. Если каждый из нас боится высунуть нос из своей норки, видя снаружи только врагов, страна остается на растерзание тем немногим, кто или беспринципен, или безрассуден, чтоб высунуться. К чему причитания? В наших несчастьях не виноват никто, кроме нас.

А ведь все могло быть иначе. Россия и Русский национальный проект был блистательно начат – одним из первых в Европе! – в начале позапрошлого века Карамзиным и Пушкиным, затем подхвачен графом Алексеем Толстым и его товарищем детства царем Александром Вторым, чьи реформы были классическим примером националистического строительства. К сожалению, в это же время интеллигенты из "разночинцев" отреклись от национализма и влюбились в социализм анархического толка. Герцен, Белинский, Чернышевский и Добролюбов захватили лидерство в общественном сознании и намертво свернули мозги мыслящему классу России, который единственный мог бы закончить национальное строительство. Идею сменила идеология, труд – дележка, союзничество – ненависть. А затем от национализма отрекся и наследник Александра, видя, что в награду от благодарных интеллигентов его отец получил только град бомб. Интеллигенция же, не мучаясь совестью, исповедует свою социалистическую веру и по сей день.

Мы могли бы жить сейчас счастливее и богаче и Европы, и Америки, если б интеллигенты не предали свою страну(россия) в угоду ядовитым химерам. С тех пор страна десятилетие за десятилетием все глубже проваливается в современный мир, не будучи готова жить в нем социально и культурно. И чем дальше мы уходим по пути модернизации, тем больший ужас охватывает нас – от нарастающего одиночества, как у неандертальца, которого машина времени перенесла в наше время. Русские – это неандертальцы современного мира, одинокие сироты без роду и племени.

Мы еще можем сбросить с себя морок. По сути, русские сейчас представляют собой субстрат, из которого нация еще только должна сформироваться. Мы должны увидеть свое подлинное лицо, не похожее ни на чье в мире, свое уникальное будущее – и неважно, каким оно будет, лишь бы оно понравилось нам. Мы должны захотеть стать русскими, чтобы стать ими.

Взято отсюда: http://arabeski.globalrus.ru

Джозеф Штиглиц (Joseph Stiglitz) /Сокращенный перевод: Федотов Виктор - Автор является профессором Колумбийского университета и лауреатом Нобелевской премии 2001 года. Им написана книга "Глобализация и то, что в ней есть неудовлетворительного" (Globalization and Its Discontents)

9 апреля 2003 года. Десять лет назад Государственная Дума Российской Федерации попыталась объявить импичмент президенту Борису Ельцину, тем самым развязав внутреннюю борьбу, которая 7 месяцев спустя завершилась тем, что Ельцин приказал открыть огонь из танковых пушек по зданию Думы. Победа Ельцина решила вопрос о том, кто правит Россией и кто должен определять ее экономическую политику. Но был ли ельцинский экономический курс правильным для России?

Предполагалось, что переход России от коммунизма к капитализму после 1991 года принесет стране беспрецедентное процветание. Этого не случилось. К моменту падения рубля в августе 1998 года объем выпускаемой продукции сократился почти вдвое, а бедность возросла с 2% населения до более чем 40%.

В дальнейшем экономические показатели России были впечатляющими, однако ее валовой внутренний продукт (ВВП) по-прежнему почти на 30% ниже того, что был в 1990 году. При темпах роста около 4% в год российской экономике потребуется еще десяток лет, чтобы выйти на тот уровень, который был в момент развала коммунизма.

Длящийся два десятилетия переходный период, в течение которого значительно увеличиваются бедность и социальное неравенство, когда немногие богатеют, а все остальные нищают, нельзя назвать победой капитализма или демократии. Более того, прогнозы на более долгосрочную перспективу далеки от розовых: при уровне инвестиций всего 10% от уровня 1990 года, даже если эти инвестиции и будут лучше распределяться по отраслям, как можно обеспечить устойчивый рост экономики?

Неолибералы по типу тех, что сидят в Международном валютном фонде (МВФ), пытаются сейчас интерпретировать нынешнюю ситуацию как запоздалую победу. По их мнению, период экономического спада, наблюдавшийся до 1998 года, отражал затормозившийся процесс перехода, тогда как рублевый кризис, наконец, пробудил власти к действию, и в результате претворения в жизнь далеко идущих реформ наступило оздоровление экономики.

Однако действительное объяснение заключается в другом – и оно гораздо проще. До 1998 года цена рубля была завышенной, в силу чего внутренние производители были лишены возможности конкурировать с зарубежными. МВФ не хотел, чтобы Россия девальвировала свой рубль, и давал миллиарды долларов, чтобы поддержать обменный курс рубля. МВФ и министерство финансов США опасались, что любые изменения обменного курса приведут к новому витку инфляции, потому как у России практически не было резервных производственных мощностей.

Это было примечательное признание: эти чиновники, очевидно, полагали, что их политика всего за несколько лет привела к разрушению почти половины экономических возможностей России. Они старались не замечать данных микроэкономики, которые показывали, что фактически имеется избыток производственных мощностей, как игнорировали они и анализ Всемирного банка (ВБ), показывавший, что новые займы МВФ не приведут к восстановлению темпов экономического роста, а лишь увеличат внешний долг страны.

Эти результаты были вполне предсказуемыми: попытки финансового вливания в 1998 году ни к чему не привели, а вот девальвация рубля дала результат. Оказалось, что в России существуют огромные излишки производственных мощностей, и вскоре началось замещение импорта, хотя финансовые волнения еще не успели улечься. Через год после девальвации показатели импорта упали почти на 50%, поскольку потребителей вынудили покупать продукты питания и товары российского производства.

Позднее возросшие мировые цены на нефть обеспечили дальнейший бум в экономике, позволив создать фонды для инвестиций и расширения производства. Был введен контроль за движением капиталов, а внутренние инвесторы стали искать возможности для вложения денег у себя на родине вместо того, чтобы делать это в Нью-Йорке или на Кипре. Да, рыночная экономика может обеспечить побудительные мотивы для накопления богатства. К сожалению, за предыдущие годы осуществления программ МВФ рыночная экономика – с высокими процентными ставками, незаконной приватизацией, плохим корпоративным управлением и либерализацией рынка капитала – создавала лишь побудительные мотивы для вывода активов заграницу. Экономического роста удалось достичь только благодаря переменам в экономике, переменам, которые Россия осуществила сама.

Избранный в декабре 1999 года реформистски настроенный парламент в тандеме с реформистской администрацией президента Владимира Путина сократил размеры налогов, пересмотрел правовую систему, принял законы о частной собственности на землю и новые банковские правила. Все это – позитивные реформы, но они не объясняют взрывного характера посткризисного роста, который начался еще прежде, чем была принята, не говоря уже о том, чтобы осуществить, хоть одна из них. Действительно, даже в суматохе дефолта и девальвации и вопреки обычному 12-18-месячному запаздыванию эффекта девальвации Россия к концу 1999 года показывала темпы роста 5,4%.

В конечном итоге, нам следует озаботиться не просто темпами экономического роста, но типом общества, которое сейчас создается в России. У так называемых российских "реформаторов" огромная концентрация собственности в России, которая возникла в 1990-х годах, не вызывала озабоченности, пока обеспечивался дальнейший прирост экономики.

Но имеется и другой взгляд на рыночную экономику, базирующийся на большем равноправии, которое использует силу рынков для того, чтобы обеспечить процветание не немногим гражданам, но всему обществу. То, что Россия в переходный период не сумела этого достичь, не должно вызывать удивления. Эта цель реформаторами и не ставилась. Величайший парадокс в том, что их взгляды на экономику были настолько неестественными, настолько идеологически искаженными, что они не сумели решить даже более узкую задачу увеличения темпов экономического роста. Вместо этого они добились чистейшего экономического спада. Никакое переписывание истории этого не изменит.

Почему умрет Россия - Дмитрий Зыкин

Оглядываясь назад, вспоминая недавнее прошлое, поражаешься, какими наивными мы были и как же легко нас взяли за горло и скрутили в бараний рог. Боже мой, еще вчера кандидат в депутаты лично клеил на заборе листовку "Долой привилегии номенклатуры" и с блеском выигрывал выборы. Толпы людей давали ему статус глашатая истины, несгибаемого борца за свободу и тому подобное. Прямо как Остап Бендер тряс перед носом обывателя какими-то бумажками с непривычным названием "компромат" и пользовался уважением миллионов. А что тогда творилось на кухнях, на площадях, в очередях "за дефицитом"! Народ бурлил, надрывался в спорах о пути России, о цивилизации, о капитализме, плановой экономике. Вся страна обсуждала поправки к законам, которые принимали народные депутаты. Люди могли наизусть повторить основные положения экономических программ кандидатов! Но вот прошло пару месяцев после выборов, и "борцы с черными Волгами" сели в личные мерседесы, обзавелись хорошими квартирами в Москве и начали обрастать жирком. Перерождение не вызвало какой-то особой ярости у обманутого общества. Лохи, проигравшие наперсточнику, не сделали из происшедшего никаких выводов. К новым выборам появились новые кумиры, похитрее и покруче "демократов первой волны". Эти взялись по серьезному, они влезли в каждый дом, они круглосуточно смотрели на нас с экранов телевизоров, они заклинали и убеждали. И всё повторилось снова, с той лишь разницей, что новые пламенные рыцари "рыночной экономики" не ограничились квартирами и машинами, они-то понимали, что всё это дешевка. Эти приобрели телевизионные каналы, самолеты, недвижимость в тропических странах, акции крупнейших предприятий, а народ опять остался в дураках.

Мы получили урок чудовищного цинизма и подлости.

Годами Киселев показывал и обсуждал политические рейтинги, на их основании строил предвыборные расклады, делал прогнозы, принимал звонки в студию. А потом на всю страну заявил, что телевизионные рейтинги носят заказной характер и нельзя им верить! Но вот проходит дней 10 и опять в его же передаче он же демонстрирует "рейтинговые показатели" главных политических сил страны! Кривляния Доренко, вакханалия 1996 года с протаскиванием на престол невменяемого пьяницы, создание буквально из ничего "Единства" не прошли для общества даром. Чтобы абсолютно неизвестное политическое движение, без ярких лидеров, без программы, без идеологии вдруг набрало свыше 20%, это как же надо промыть людям мозги! Спросите тех, кто голосовал за "Единство", почему они сделали этот выбор, и вы не услышите ничего вразумительного. В лучшем случае скажут, что им нравится Путин, а "Единство" тоже за Путина. Могут добавить, что там у них симпатичный Кожугедович. Всё! Набор аргументов исчерпан. Как загипнотизированные, они бездумно повторяют, услышанное с экрана телевизора. Раньше людей обманывали, но они хотя бы искренне верили, что борются с системой, с засильем воров, они защищают свободу и демократию. Теперь нет даже этого. Чтобы заставить за себя голосовать, в ход идет самый обыкновенный, пошлый прессинг. Людей выжимают как лимон, их превращают в подопытных собак, у которых вырабатывают условный рефлекс. Показали 1000 раз улыбающееся лицо Кожугедовича, всё — 20% проголосует за "Единство", показали 200 раз Жириновского, проголосуют и за него, но поменьше. А в случае чего, всегда наготове фальшивые бюллетени. Высокие слова уже никого не вдохновляют, все устали (!), всем на все наплевать. Все заранее уже знают, какой политик, что скажет. Сейчас никто не читает политических программ, это никому не интересно. Миллионы бредут на участки для голосования как крысы за дудочником. Миллионы вообще не ходят на выборы, многие голосуют против всех. Власть добилась того, что никто не меряет её высоким стандартом; люди закапываются на дачных участках, считают копейки, просто выживают. Народ превращен в человеческую пыль без идеалов, без собственного мнения и чувства собственного достоинства, без четкой системы ценностей. Если бы в 1984 году кто-нибудь сказал, что вскоре на юге страны будет процветать работорговля, что Грозный сотрут с лица земли, а террористы начнут захватывать то роддом, то концертный зал, то такого "провидца" сдали бы в сумасшедший дом. Почти 10 лет идет война в Чечне, и как это ни дико звучит, но и к этому все привыкли. В свое время война в Афганистане сыграла едва ли не решающую роль в крушении социализма. А сейчас бомбят собственные города, и всем наплевать. Народ превращен в протоплазму, в мягкую биомассу, с ним можно делать что угодно. На пульте управления противоракетной обороны отключен свет за неуплату! Общество не реагирует (!). Правительство превращает всю страну в финансовую пирамиду, всё оканчивается крахом 1998 года. Хоть кто-нибудь понес какую-то ответственность? Нет. Ежегодно в Приморье люди остаются то без света, то без тепла, и что же? А ничего. Президент изображает бурную деятельность, Кожугедович привозит теплые одеяла. На следующий год все повторяется.

Иногда люди пытаются бороться за свои права. Но они разобщены и бессильны. Поднимаются учителя, но остальное общество равнодушно взирает на их проблемы. Никто их не поддерживает. Бастовали шахтеры, и опять каждый думает, что это проблема лишь шахтеров, каждый сам за себя.

Военные вертолетчики объявили голодовку, небывалое дело, ЧП! В любой стране мира это воспринималось бы как катастрофа. А у нас всё ограничилось коротким сюжетом по телевидению.

Но такой народ обречен на вымирание. Того, кто не способен на борьбу, просто съедят агрессивные соседи. Это закон природы. И не надо тешить себя иллюзиями по поводу "русские медленно запрягают, да быстро едут". Ездить не на чем и запрягать нечего. Топливо кончилось. Не надо старых историй про взятие Берлина. Какое отношение к этому имеем МЫ? Кто из нас брал Берлин? Тот народ-победитель давно умер, последние солдаты, к сожалению, доживают последние дни. Новое поколение выбирает не флаг победы над Рейхстагом, а Пепси, сделанное из американского концентрата и разлитое у нас по бутылкам.

Тем, кому принадлежит реальная власть в стране, исключительно выгодно сложившееся положение вещей. Ведь они зарабатывают огромные деньги на том, что продают сырье! Грубо говоря, чем меньше людей живет в России, тем меньше надо отапливать их квартиры, а значит, больше нефти можно продать заграницу. Чем слабее армия, тем меньше ей нужно военной техники, тем больше высококачественного металла могут продать заграницу! Чем хуже образование в стране, тем темнее народ, тем легче им управлять. Ну и так далее. Судьба народа их не волнует. Ведь они то уверены, что смогут сбежать на Запад, в случае чего.


Вам понравилась эта статья ? Тогда подпишитесь на рассылку наших новостей:
 
« Пред.   След. »
 
  Íåñêó÷íûé ïîðòàë Ðóíåòà !!! 
Сайт сделан на: Joomla! Free Software GNU/GPL License
(c) Baikal Studio Group